Вы вошли как Гость | Группа "Гости" | RSS   Email: тел.8-(496)-34-2-90-39

Интересные факты
Праздники
Праздники России
Погода у нас
Наш баннер

Каталог статей

Главная » Статьи » Мои статьи

Преданье старины глубокой...

  «Краеведение учит людей любить не только свои родные места, но и приучает интересоваться историей, искусством, литературой, повышать свой культурный уровень. Это самый массовый вид науки: в  сборе материалов могут принимать участие и большие учёные, и  школьники».  

                                                                                       Д. С. Лихачев

   Продолжая повествование об исторических и памятных местах, расположенных на Боровском тракте, наш  рассказ пойдёт о прошлом села Петровское, входящем ныне в территориальный состав муниципального образования городское поселение Калининец.

      Последние поколения Демидовых, владельцев усадьбы, в селе Петровском, уже не бывали. В середине XIX века она перешла к коллежскому советнику Василию Николаевичу Жаркову, ну а затем до 1917, этим имением владела семья князей Мещерских. Они и стали последними её хозяевами. По мужской линии это был князь Александр Васильевич Мещерский. Он родился в 1822 году в Санкт-Петербурге, а его родителями были статский советник князь Василий Иванович Мещерский и баронесса Шарлота Борисовна Фитингоф.

      Для справки лишь следует добавить, что князь Александр Васильевич Мещерский является последним, имевшим мужское потомство кровным представителем которого в дореволюционной России, был его сын Вячеслав от Екатерины Подборской.

   Ну, а продолжая свой рассказ о князе Александре Васильевиче Мещерском, следует сказать, что свою карьеру он начал в 1834 году юнкером Оренбургского уланского полка. А первое офицерское звание корнета кавалерии, по нынешнему времени младшего лейтенанта, он получил в 1839 году. Среди знакомых Александра Васильевича были литературные и общественные деятели: П.Я.Чаадаев, А.А.Перовский, М.Ф.Орлов, С.А. Соболевский. Был он знаком и с М.Ю. Лермонтовым, о котором оставил свои воспоминания.

      В 2014 году исполняется 200 лет со дня рождения Михаила Юрьевича Лермонтова. Весь мир отмечает юбилей гениального поэта, прозаика, драматурга, чье творчество ознаменовало собой расцвет русской культуры и сформировало всю последующую литературу.

 

        Через всю жизнь мы проносим в душе  образ поэта грустного и строгого, нежного и властного, скромного и насмешливого, язвительного и мечтательного, поэта гениального и так рано ушедшего. Он наполняет наши души жаждой борьбы, творчества и вечным исканием истины. И мы всегда будем благодарны  ему за это.

     В связи с юбилеем поэта, хочется поделиться с нашими читателями воспоминаниями Александра Васильевича МЕЩЕРСКОГО о Михаиле Юрьевиче ЛЕРМОНТОВЕ…

                                           О, этот Лермонтов опальный,

                                           Сын нашей собственной земли,

                                           Чьи строки, как удар кинжальный,

                                           Под сердце самое вошли!

Он, этот Лермонтов могучий,

Сосредоточась,  добр и зол

Как бы светящаяся туча

По небу русскому прошел.

                                                              Я. Смеляков

 


 

                                           Из моей старины.

                            Воспоминания князя А.В. Мещерского

                                                                         Всему на свете есть предел.

                                                                       Любви и счастью, и страданью.

                                                                      Но вечным быть сам Бог велел

                                                                     Лишь одному воспоминанью.

            «….Кроме товарищей моего брата по университету, да сверстников и друзей нашей юности, о которых было говорено, и с которыми я продолжал часто видеться, я приобрел тогда много новых знакомых, преимущественно с приезжими из Петербурга, в числе которых, между прочими был Лермонтов.

      Замечательно, как глаза и их выражение могут изобличать гениальные способности человека. Я, например, испытал на себе это влияние при следующем случае. Войдя в многолюдную гостиную дома, принимавшего всегда только одно самое высшее общество, я с некоторым удивлением заметил среди гостей  какого-то небольшого роста пехотного армейского офицера, в весьма нещегольской армейской форме, с красным воротником без всякого шитья. Мое любопытство не распространилось далее этого минутного впечатления: до такой степени я был уверен, что этот бедненький армейский офицер, попавший, вероятно, случайно в чуждое ему общество, должен обязательно быть человеком весьма мало интересным. Я уже было совсем забыл о существовании этого маленького офицера, когда случилось так, что он подошел к кружку тех дам, с которыми я разговаривал. Тогда я пристально посмотрел на него и так был поражен ясным и умным его взглядом, что с большим любопытством спросил об имени незнакомца. Оказалось, что этот скромный армейский офицер был никто иной, как поэт Лермонтов.

     Происшедшая с Лермонтовым метаморфоза, состоявшая в том, что он из блестящего офицера лейб-гвардии гусарского полка преобразился в скромного : армейского офицера, последовала от перехода его из Петербурга на службу на Кавказ, где он и оставался на службе до своей преждевременной и горькой кончины.

      Я с ним познакомился в семействе Мартыновых, где были три незамужние дочери, из которых одна, по-видимому, занимала собой нашего поэта. Их старший брат был тот самый Мартынов, который впоследствии убил Лермонтова на дуэли. Мартынов в то время перешел из гвардии в Нижегородский драгунский полк (на Кавказ), как кажется,  потому, что мундир этого полка славился тогда, совершенно справедливо, как один из самых красивых в нашей кавалерии. Я видел Мартынова в этой форме; она шла ему превосходно. Он очень был занят своей красотой и, по-видимому, эта слабость, подмеченная в нем Лермонтовым, послужила ему постоянным предметом довольно злых острот над Мартыновым.  Лермонтов, к сожалению, имел непреодолимую страсть дразнить и насмехаться, что именно и было причиной его злосчастной дуэли.

     …Впоследствии, сблизившись с Лермонтовым, я убедился, что изощрять свой ум в насмешках и остротах постоянно над намеченной им в обществе жертвой, составляло одну из резких особенностей его характера. Я помню, что раз я застал у него одного гвардейского толстого кирасирского полковника З., служившего в то время жертвой всех его сарказмов, и. хотя я не мог не смеяться от души остроумию и неистощимому запасу юмора нашего поэта, но не мог также в душе не сострадать его жертве и не удивляться его долготерпению.

      Вообще Лермонтов был преприятный собеседник и неподражаемо рассказывал анекдоты…в сущности всякая мелочь, которая касается такого любимого всеми поэта, каким был Лермонтов, дорога, а мне несомненно больше других, потому что я его лично хорошо знал, и что для меня память о нем связана с воспоминаниями о моей молодости; а кому они не дороги, эти воспоминания?...

     Пробыв в Москве несколько месяцев, Лермонтов уехал на Кавказ, и я более его никогда не видел. Позже, когда я был в Пятигорске, где лечился от раны, полученной мною в Даргинскую экспедицию 1845 года, я почел нравственным долгом посетить на Машуке то место, где происходила дуэль и где был убит незабвенный наш гениальный поэт. Какой величественный вид с этого места на широкую долину, окружающую Пятигорск, на величавый Эльбрус, покрытый вечными снегами, и на цепь Кавказских гор!... Эта чудная картина, мне показалась, была в соответствии с гением и талантом покойного поэта, который так любил Кавказ.

      Нет! Не так желалось тебе умереть, милый наш Лермонтов, думал я, сидя перед зеленым дубом, на том самом месте, где он простился с жизнью.

                             Но не тем холодным сном могилы

                             Я б желал навеки там уснуть, -

                             Чтоб в груди дрожали жизни силы,

                             Чтоб, дыша, вздымалась тихо грудь.

                              Чтоб всю ночь, весь день мой слух лелея,

                               Про любовь мне сладкий голос пел,

                               Надо мной чтоб, вечно зеленея,

                               Темный дуб склонялся и шумел».

Продолжение можно прочитать в книге:   Александр  Васильевич Мещерский. Воспоминания князя Александра Васильевича Мещерского /А.В. Мещерский – М.: Книга по требованию, 2012. – 206 с.

ISBN 978-5-458-16071-1

Воспоминания князя Александра Васильевича Мещерского./ Родился 14 апр.1822, умер 22 дек. 1900г.  - Москва. : в  Университетской типографии на Страстном бульваре, 1901.


 В статье использован материал  В. Ипатова

 

Категория: Мои статьи | Добавил: Killeron (19.03.2014)
Просмотров: 995 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Категории раздела
Наш опрос
Сколько книг вы берёте за одно посещение?
Всего ответов: 11
День библиотекаря
Наши друзья

Яндекс
Яндекс.Метрика
Здравствуйте!
Наш робот предположил, что сайт заинтересовал Вас и предлагает пройти процесс регистрации/авторизации.
By uScripter © 2011-2012
Войти на сайт